В районном краеведческом музее довелось встретить 94-летнюю Ларису Константиновну Бесман и ее дочь Ирину Фралову, которые медленно переходили от витрины к витрине. Особое внимание женщины уделили экспозиции, посвященной Великой Отечественной войне.
Для большинства посетителей экспонаты — это страницы из учебника. Для Ларисы Константиновны, родившейся в далеком 1932 году в Пуховичском районе, — это оглушающая реальность детства. Когда началась война, ей было всего девять лет.
— Помню, как полицай маму бил прикладом, требовал сказать, где партизаны, — говорит женщина, всматриваясь в черно-белый снимок за стеклом. — И убегали, и прятались. Ощутили голод по полной. Чего только не пришлось пережить в те страшные годы…
В музее ей не нужен экскурсовод. Едва переступив порог зала, Лариса Константиновна сама стала главным хранителем памяти.
— Сейчас походила по музею, и нахлынули воспоминания, — делится она. — Здесь все такое знакомое, для меня это не история, а моя жизнь. Я эти вещи не на картинках видела. Про кросны могу все рассказать до последнего зубца. Эти предметы быта — они мои родные.
За сухими фактами биографии семьи Бесман скрывается тихий, повседневный подвиг выживания. Полтора года семья жила в тесной, промозглой землянке. Выбора у них не было: два старших брата ушли в партизанский отряд, и оставаться в оккупированной деревне под прицелом врага означало подписать себе смертный приговор.
Ларисе Константиновне не нужны громкие эпитеты о патриотизме или сухие цифры статистики. Ее присутствие в этих стенах — самый честный урок истории для всех нас. Пока живы такие свидетели, Великая Отечественная война остается не параграфом в книге, а незаживающей раной и величайшим примером человеческого мужества.
Лариса Бесман: “Это не история, это моя жизнь”
